Старая пьеса из жизни современных взяточников

Старая пьеса из жизни современных взяточников
фото показано с : communa.ru

2018-11-9 16:57

Театр | Одним из первых спектаклей юбилейного, двадцать пятого, сезона Камерного театра стала «Свадьба Кречинского» в постановке молодого режиссёра Владимира Даная, выпускника «Мастерской Сергея Женовача» Не так давно он принимал участие в занятиях лаборатории Олега Лоевского, проходившей в Камерном театре, и показал эскиз спектакля по одной из комедий Мольера.

Видимо, после этого и последовало приглашение на постановку.

Людмила РОМАНОВА,

театровед

Из трех пьес, созданных А. Сухово-Кобылиным, самой репертуарной всегда считалась «Свадьба Кречинского». Там были две бенефисные роли – сам Кречинский и его приспешник Расплюев. Из уст в уста передавались сценические находки первых исполнителей и за десятилетия они, конечно, обросли штампами. В стремлении избежать их режиссер несколько перестарался, придав этим образам, по существу, функциональную роль. Но у него была другая задача, и все свои силы он бросил на её разрешение.


Никому до Владимира Даная не пришло в голову объединить две первые пьесы трилогии. Они всегда ставились по отдельности. Написанные по законам русской реалистической драматургии, изобилующие множеством интересных ролей, они представляли лакомый кусочек для актеров. Меж тем в подобном объединении есть логика, ибо афера Кречинского с бриллиантом Лидочки имела страшные последствия для семьи Муромских. На них-то, на сфабрикованном «деле» и сосредоточил все свои усилия молодой режиссер, демонстрируя зрителю механизм тяжелой государственной машины, сосредоточенной не на поисках истины, а на выжимание «капканной» взятки из богатого помещика. С Кречинского взять нечего, так как он шулер и игрок, а вот о Муромском вездесущий чиновник Тарелкин (Олег Луконин) быстро разузнал все, что нужно, и наметил его в очередные жертвы.


Сцена из спектакля «Свадьба Кречинского». Фото Алексея БЫЧКОВА.

Немного озадаченная сценографией первого действия (половину сцены занимают тюремные решетки, художник Ольга Кузнецова), их зловещее значение понимаешь только во втором акте. А для показа богатого дома Адуевой (Татьяна Сезоненко) вполне достаточно накрытого белоснежного стола с чайными приборами, который затем убирается при визите Муромского с дочерью к жениху, комната которого выглядит зловеще, как и события, в ней произошедшие. Ну а во втором акте это уже присутственное место, и решетки напоминают об исходе, который ждет Муромского и Лидочку. Она, кстати, все время находится на сцене, реагируя на все события. Оформление лаконично и в то же время ёмко.


Тот же стиль мы наблюдаем и в игре артистов. Сейчас не принято играть многогранность образов, как правило, выделяется какая-то одна черта, которую актер варьирует. Но некоторые артисты и в таких рамках умудряются сделать что-то запоминающееся. В этом плане я на первое место поставила бы Юрия Овчинникова – исполнителя роли Муромского. Роль выстроена по нарастающей: в первом действии это добродушный, в чем-то наивный, патриархальный помещик, для которого все ясно и хорошо в этом мире. У него крепкое хозяйство, хороший достаток, любящая дочь, в которой он души не чает. Все гармонично в его мире, а зло он чувствует интуитивно, что и помогает подобным людям его избежать. Очень не нравится ему Кречинский, но дочка его полюбила, и он не хочет принести ей горе. Если бы знать, чем всё это обернется…


Во втором акте Муромский, ходит по кабинетам и никак не может уразуметь, чего от него хотят. Ведь ясно же, что Лидочка ни при чем в грязной игре Кречинского с подделкой бриллианта. Нет, её обвиняют в сговоре с ним и арестовывают, надеясь, что отец не пожалеет денег на взятку. Но бедняге Муромскому кажется, что раз ты не виновен, за что же давать? Этим он сильно раздражает и Тарелкина, и его непосредственного начальника Варравина (Алексей Гнеушев), и Князя (Павел Ильин), от кого непосредственно зависит исход дела.


Ни разу Овчинников не повышает голоса, ведет себя спокойно и с достоинством, как правый человек. От этого вурдалаки еще сильнее бесятся и в конце концов доводят Муромского до сердечного приступа. Смерть его происходит за сценой, завершая достойную жизнь и отличную актерскую работу.


Яна Кузина в роли Лидочки на первый план выносит её самоотверженность и любящее сердце. Она могла бы быть идеальной женой, да Кречинскому не это нужно. Может, после всех испытаний она оценит верное сердце соседа по имению Нелькина, которого Михаил Гостев играет порывистым, импульсивным, но более практичным, чем Муромский. Он прекрасно знает, в какой стране он живет и быстро собирает требуемую сумму.


Жаль, что режиссер не нашел для Андрея Новикова (Кречинский) и Андрея Мирошникова (Расплюев) каких-то красок, которые хотя бы напомнили о блестящем прошлом этих ролей. Понятно, что они для него не главные, а только двигатели интриги, но все равно обидно.


Зато для упырей-чиновников Данай не жалеет режиссерской изобретательности и человеческой ненависти. Все три ранее упомянутых персонажа (Варравин, Тарелкин, Князь) очень точно воплощены артистически, имеют черты и повадки современных лощеных взяточников и оставляют горькое послевкусие безнадежности.


Подумать только, более двухсот лет назад появилась первая пьеса о беззаконных поборах – «Ябеда» В. Капниста, затем были «Ревизор» Н. Гоголя, «Тени «М. Салтыкова-Щедрина, трилогия А. Сухово-Кобылина, «Доходное место» А. Островского, а мы никак не можем покончить с этим злом. Впечатление, что оно только разрастается.


Так что новый спектакль Камерного – совсем не о прошлом. Его объект – наше настоящее.

Источник: газета «Коммуна» | №87 (26834) | Пятница, 9 ноября 2018 года


.

Подробнее читайте на ...

кречинского муромского акте втором свадьба роли кречинский режиссер